и.о. Министра экономического развития
Виктория Валериевна Романюк

Александр Захарченко: «Решая политические задачи, мы автоматически решаем экономические проблемы» - 16.09.16

Во время общения с представителями иностранных средств массовой информации 2 сентября Глава Донецкой Народной Республики Александр Захарченко ответил на вопросы об экономических и политических перспективах Республики, изложил свое видение места ДНР на мировой геополитической арене, обозначил векторы развития нашего государства в направлении международного признания.

 

 

— Расскажите о том, какую поддержку Россия оказала Донецкой Народной Республике.
— В первую очередь — политическая поддержка. Присутствие Российской Федерации на Минских переговорах — это неоценимая помощь. Мы смогли на политической арене также успешно воевать, как и на полях сражений. Второе — гуманитарная поддержка. У нас экономическая блокада, и без помощи России, без помощи русского народа мы бы не выстояли. Это продукты питания, вода, материалы, которые использовались для восстановления жизненно необходимых для существования государства отраслей — энергетики, угольной промышленности. Даже само присутствие этих гумконвоев показывало нашему народу, что мы не одиноки, что у нас есть братский народ, который с нами, который подставил свое плечо и делает это до сих пор. Если бы не эта гуманитарная и политическая помощь, я уверен, жертв среди мирного населения в этой войне было бы в десятки раз больше.
— А были ли экономические инвестиции в развитие Донецкой Народной Республики?
На начальном этапе войны, разумеется, нет. Какие могут быть инвестиции, когда идут боевые действия? Сейчас ситуация немного другая. Например, скоро открывается первый гипермаркет — инвестиция Российской Федерации. Российские бизнесмены участвуют во многих экономических проектах на нашей территории. Это и сельское хозяйство, и угольная отрасль. Без инвестиций невозможно существование любой экономики. Поэтому инвестиции присутствуют, но не в том объеме, в котором хотелось бы. И этому есть объективная причина — если бы мы были признанной республикой, то инвестиции были бы в тысячу раз больше, чем сейчас. Экономические вопросы здесь сильно переплетаются с политическими. Решая политические задачи, мы автоматически решаем экономические проблемы. Но я надеюсь, что  нас рано или поздно признают, и эта проблема исчезнет сама по себе.
— Попытки политического урегулирования не привели ни к какому прогрессу. Со времени проведения последних переговоров ситуация остается напряженной и в любой момент может накалиться, перерасти в полномасштабные боевые действия. Могут ли Донецк и Луганск на самом деле превратиться в горячую точку, в плацдарм для нанесения удара против Российской Федерации?
Пока мы живы, пока в наших руках есть оружие наша земля, Донбасс, никогда не станет плацдармом для вторжения в Российскую Федерацию. Это возможно только в том случае, если мы все погибнем. А так как этого не будет и воевать мы умеем, говорить о мире мы будем только на границе бывшей Донецкой области.
— За последний месяц мы стали свидетелями террористических атак в Республиках, среди которых было и покушение на Главу ЛНР Игоря Плотницкого. Что Вы думаете об этих атаках, и почему мы наблюдаем рост такого рода экстремист-ских действий?
Советники, которые прибыли на Украину из США, понимая, что силовым путем они ничего не добьются, ввели тактику террора. Тактику запугивания населения, дестабилизации обстановки в ДНР и ЛНР. Для этого был проведен ряд терактов. Это и покушение на Главу ЛНР, и взрывы памятников — Ленину в Донецке и погибшим ополченцам в Луганске, ряд других терактов, как у нас, так и в Луганской Народной Республике. Они надеются запугать народ, посеять панику, сделать так, чтобы население начало массово покидать территорию. Но паники нет. Население не уезжает.
— После создания представительства ДНР в Чешской Республике планируете ли Вы создать представительств в других европейских странах и официально закрепить их статус?
Я надеюсь, что в ближайшее время, благодаря нашему с вами общению, Франция признает Донецкую Народную Республику, и на самом официальном уровне мы откроем там не представительство, а посольство. Но пока этого не происходит, все представительства открываются на общественных началах. Это общественная инициатива, инициатива тех людей, которые проходили службу у нас, воевали вместе с нами против нашего общего врага — нацизма. Такие представительства у нас есть в Сирии. Есть посольство в Южной Осетии, которая единственная пока признала нашу независимость. В МИДе ДНР есть специальный отдел. Любые заявки, которые подаются — рассматриваются. Вся необходимая помощь — оказывается. Вместе с нами воевали венгры, поляки, норвежцы, французы, у нас воевали итальянцы. Все они могут открыть представительство в том государстве, в котором проживают. У нас даже есть американцы — до сих пор воюют. И мы можем открыть представительство ДНР в Америке.
— Как Вы можете прокомментировать заявление о том, что в ДНР и ЛНР людей задерживают безосновательно, а в местах лишения свободы с ними плохо обращаются? В недавних отчетах правозащитной организации Human Rights Watch присутствовали очень неопределенные заявления и многие правозащитные организации пытались предположить, что народные Республики в этом вопросе ничем не отличаются от Украины.
Мне странно слышать, что у нас задерживают людей безосновательно. В этом смысле мы самое демократическое государство. Даже самых ярых наших противников и критиков никто не трогает. Люди задерживаются за конкретные поступки. Совершил преступление — задержали. Если ты враг, диверсант, шпион — будешь задержан. Но мы не хватаем людей на блокпостах. Мы не арестовываем журналистов, не выгоняем их с работы. Места содержания преступников на нашей территории, возможно, даже лучше оборудованы, чем на Украине. У нас полноценное питание. Это неоднократно проверяли и представители ОБСЕ, и представители ООН. Никто из них не сказал, что пленные и преступники содержатся в плохих условиях. Да, были проблемы в 2014–2015 годах, когда из-за плотной экономической блокады продуктов не хватало даже обычным жителям. Естественно, это отразилось и на условиях содержание осужденных или граждан, находившихся под следствием. Но уже к концу 2015 года ситуация поменялась, и сегодня условия содержания в метах лишения свободы во много раз лучше, чем на Украине. В отличие от Украины у нас нет тайных тюрем, мы не прячем людей по подвалам. Они у нас содержатся там, где и должны, и это — открытая информация. А заявлять можно все, что угодно. И в этом отношении сравнивать нас с Украиной просто смешно. Даже тех осужденных, которые изъявили желание отбывать наказание на Украине, мы передали украинской стороне. И это не один десяток человек. Наших осужденных, которые изъявили желание отбывать срок на территории ДНР, Украина не передала ни одного.
— Как Вы относитесь к геоинжинирингу и генетическому воздействию на сельское хозяйство? Будет ли в Донецкой Народной Республике место для ГМО продукции и таких корпораций как Монсанто?
Крайне негативно отношусь к ГМО. Считаю, что любые генномодифицированные продукты могут наносить непоправимый вред даже не тебе, а твоим потомкам. Нам досталась уникальная земля. Наши черноземы славятся по всей Европе, и не зря фашисты во время Великой Отечественной войны вывозили эшелонами украинскую землю. Для того, чтобы вырастить натуральные продукты без ГМО, нужно две вещи — земля и труд. И то, и другое у нас есть в избытке. Наша история показала, что мы в состоянии производить продукты питания на своей земле без ГМО и даже торговать этими продуктами. Поэтому наша Республика не пустит сюда никакие корпорации и не разрешит выращивать на нашей земле генномодифицированные продукты. У нас есть все необходимое для выращивания натуральных продуктов и для того, чтобы будущие поколения росли здоровыми и сильными.
— Наблюдаете ли Вы за ситуацией, которая развивается в Сирии? Какое влияние она может оказать на ситуацию в Донбассе?
Наблюдаю и считаю, что влияние может быть самое непосредственное. Не секрет, что на территории Сирии столкнулись различные политические интересы и две разные идеологии. С одной стороны — Америка, с другой — Россия. Россия пытается помочь сирийскому народу сохранить свою самобытность. США пытаются подчинить своей воле не только Сирию, но и народы Ирака, Ирана, Турции… Ситуация там сегодня не в пользу Америки. Контроль над ситуацией на всей этой территории США теряют. Когда закончится война в Сирии, США не смогут оказывать влияние на процессы формирования политических сил и новых союзов на этой территории. Для Америки это — большое поражение. А на нас эта ситуация может повлиять следующим образом. Для того, чтобы победу Российской Федерации в Сирии нивелировать, США руками своей марионетки Петра Порошенко могут развязать войну на территории Донбасса. По их мнению, это может отвлечь определенные силы и средства Российской Федерации для помощи народу Донбасса и создать еще один очаг напряженности на границе с РФ. Поэтому мы следим за сирийским конфликтом и радуемся победам РФ.

Пресс-служба Главы ДНР